Почему современному кинематографу не нужен очередной фильм Вуди Аллена

Разбираемся, стоит ли зрителю ждать пятидесятую картину режиссера, недавно объявившего о завершении кинокарьеры, и правдивы ли его обвинения в адрес новых правил индустрии

В конце июня американский режиссер Вуди Аллен, автор почти 50 фильмов, начавший снимать еще в 1960-х, заявил в интервью актеру Алеку Болдуину, которое шло в прямом эфире в Instagram (принадлежит Meta, которая признана в России экстремистской и запрещена), что подумывает о завершении своей творческой карьеры в скором времени. Основной причиной желания завершить свой путь в режиссуре он назвал изменение традиционного формата кинотеатральных премьер, с которым он начал сталкиваться незадолго до пандемии. Новые ленты, по его мнению, стали проводить меньше времени в самих кинотеатрах и все чаще перемещаться на стриминги уже через несколько недель после релиза. 

«Острых ощущений больше нет. Раньше, когда я снимал фильм, он был в прокате в каждом кинотеатре по всей стране, и люди сотнями приходили посмотреть его большими группами на большом экране. Теперь же ты снимаешь фильм и получаешь всего лишь пару недель в кинопрокате. Может быть, шесть недель или четыре. Затем фильм сразу начинают показывать на стриминговых платформах, и все сводится к потоковому вещанию или платному просмотру. Люди любят сидеть дома со своими большими экранами и смотреть кино на телевизорах. Это не то же самое, мне это не так приятно», — рассказал Аллен. 

«Возможно, я сниму по крайней мере еще один фильм», — подытожил сроки окончания своей режиссерской карьеры кинематографист, рассказав, что его грядущий фильм, который будет сниматься в Париже, скорее всего станет последним в его огромной фильмографии. Лента, отметил позже Аллен в интервью изданию Le Journal du Dimanche, будет представлять собой «своего рода ядовитый романтический триллер на французском языке» в духе его же фильма 2005 года «Матч поинт», но с полностью французским актерским составом. 

Неназванный французский фильм станет 50-й картиной в фильмографии Вуди Аллена — красивым юбилейным штрихом в его завершающейся кинокарьере. Мы решили разобраться, нужен ли зрителям и современному кинематографу новый проект режиссера, который с начала 1970-х пишет и снимает примерно по одной ленте в год, и резонны ли его обвинения в адрес пандемии, изменения кинопрокатной модели и стримингов. 

(Не)успех в прокате

Фильмы Вуди Аллена действительно в последние несколько лет были не так успешны в кинопрокате. Однако их непопулярность в кинотеатрах, которая прежде всего отражается на кассовых сборах, началась еще минимум за три года до пандемии, вопреки мнению режиссера. Фильмы Аллена стали объективно коммерчески неуспешны примерно с 2017 года, начиная с релиза картины «Колесо чудес» с Кейт Уинслет и Джастином Тимберлейком в главных ролях. 

С 2000 по 2016 год бюджет каждого фильма режиссера составлял от $3 млн («Сенсация», 2006) до $30 млн («Светская жизнь», 2016). При этом кассовые сборы всех лент, выпущенных в мировой прокат в этот период, превышали затраты на их производство — даже не самые известные массовому зрителю. Например, лента «Будь что будет» 2009 года с бюджетом $15 млн собрала в мире $35 млн, «Иррациональный человек» 2015 года — с бюджетом $11 млн собрала $27 млн, а «Ты встретишь таинственного незнакомца» 2010-го — с $22 млн, потраченными на производство, заработала $34 млн. А уж хиты 2000-х и 2010-х Аллена и вовсе несколько раз отбивали затраченные средства: «Матч поинт» (2005) заработал $85 млн, «Вики Кристина Барселона» (2008) — $96 млн, а «Полночь в Париже» (2011) — $151 млн. 

Фильм «Колесо чудес» же, вышедший в прокат в 2017-м, через год после релиза успешной «Светской жизни», проиграл в прокате при бюджете в $25 млн почти половину затраченных средств — кассовые сборы ленты составили около $15 млн. Сборы следующей ленты Аллена также не превысили бюджет: «Дождливый день в Нью-Йорке» 2019-го проиграл в мировом прокате примерно $2 млн. А в случае с последней картиной «Фестиваль Рифкина» продюсеры и режиссер и вовсе приняли решение не раскрывать данных о потраченных средствах, обнародовав только информацию о скромной кассе, составившей $1,7 млн в мире. Сборы 49-й картины Аллена в первый уикенд после премьеры даже были названы самыми низкими за почти 50-летнюю карьеру.  

Кадр из фильма «Матч поинт»

Тогда же, в 2017 году, Аллен впервые публично заявил о своих претензиях к дистрибьюторам картин, предположив, что именно представители студий, составляющие неправильное расписание премьер, виноваты в небольших сборах.

«[Дистрибьюторы] всегда говорят: «Мы выпустим фильм летом, иначе он будет конкурировать в прокате со всеми большим премьерами, или «Мы выпустим его на Пасху». У них всегда есть история-оправдание, почему их план действительно выжать последний доллар из кассы картины с треском провалился», — сказал Аллен в интервью режиссеру Роберту Вайде. Он даже пошутил, что сразу после первого показа его картин дистрибьюторы проводят «встречи, на которых решают, как лучше всего выпустить фильм, чтобы минимизировать кассовые сборы».

Стриминги, в частности, сервис Amazon Prime, спонсировавший производство «Колесо чудес», он и вовсе в то время нахваливал за гибкость и нежелание гнаться за миллионами в прокате: «Amazon — прекрасный пример компании, которая настолько успешна, что кто-то вроде меня для них — мелочь. Эти ребята зарабатывают миллиарды. Так что они могут залезть в карман и сказать: «Дай это ему и заткни его». <…> Если мой фильм потеряет несколько миллионов в прокате, им все равно. Они счастливы дать мне деньги и позволить мне делать свое дело». 

Этический вопрос

Большинство критиков Аллена, рассуждая о нужности очередного фильма режиссера, возвращаются к вопросу этичности просмотра и поддержки фильмов Вуди, обвиненного бывшей гражданской женой, а затем и приемной дочерью в растлении малолетних. В массовом сознании после новостей о его очередной премьере снова и снова возникает «дело Фэрроу».

После расставания в 1992 году, обнаружив тогда, что у Аллена роман с ее взрослой приемной дочерью Сун И Превин, гражданская жена режиссера — актриса Миа Фэрроу — публично заявила, что он растлил их семилетнюю приемную дочь Дилан. Суд по делу о предполагаемом насилии в итоге не нашел достаточно доказательств, чтобы предъявить Аллену обвинения в растлении Дилан. Впрочем, на репутации режиссера скандал никак не сказался: в следующем 1993 году он был номинирован на «Оскар» за лучший сценарий, в 1994-м — за режиссуру картины «Пули над Бродвеем».

В феврале 2014 года сама Дилан публично повторила свои обвинения в сексуальном насилии против Аллена в открытом письме, опубликованном Николасом Кристофом, другом Фэрроу, в его блоге на сайте издания New York Times. Кинематографист же вновь отрицал свою виновность.

Так, до 2017 года у зрителей, актеров, киностудий и даже киноакадемий получалось игнорировать этот этический вопрос. Однако с началом движения #MeToo быть равнодушным к обвинениям Фэрроу в адрес Аллена стало невозможно. В этом году Дилан Фэрроу пишет в издание Los Angeles Times статью под заголовком «Почему революция #MeToo пощадила Вуди Аллена?» и обвинения в предполагаемом насилии впервые так серьезно начинают сказываться на его кинокарьере. Звезды фильма «Дождливый день в Нью-Йорке», производство которого началось за пару месяцев до публикации статьи Дилан, — Тимоти Шаламе, Селена Гомес, Эль Фаннинг, Джуд Лоу, Диего Луна, Лив Шрайбер и Ребекка Холл — публично заявляют, что в свете движения #MeToo, они намерены пожертвовать свой гонорар за фильм различным благотворительным организациям и впредь никогда не сниматься в картинах Аллена. 

К 2020 году хоть кинокарьера Аллена не закончена, он перестает работать с американскими инвесторами. В частности, годом ранее студия Amazon Studios отказалась от финансирования, производства или распространения фильмов Аллена, а стриминг HBO в 2021-м после выхода документалки «Аллен против Фэрроу» заявил, что сохранит только шесть фильмов режиссера на своем сервисе, чтобы «позволить зрителям принимать собственные обоснованные решения»о просмотре.

Кадр из сериала «Аллен против Фэрроу»

Таким образом, после десятилетий обвинений, прихода «новой этики» и #MeToo и релиза нескольких документальных картин о «деле Фэрроу» современный зритель зачастую, решая идти ли на новую премьеру Аллена в кино или просматривать ленту на стримингах, вынужден идти на своеобразные сделки с совестью — убеждать себя, что таким образом он не поддерживает возможно виновного в растлении малолетних. К 2022 году, после почти 50 картин, в массовом сознании за Алленом закрепился образ не гениального пожилого режиссера-трудоголика, а человека, который продолжает снимать, не замечая и не признавая свою «отмену» до конца. 

Повторяя себя

Было бы достаточно просто обвинить в неуспехе в последние годы фильмов Аллена монструозную «культуру отмены», однако даже если разделить автора и его творчество, то к актуальности и возможности предложить что-то новое зрителю последнего, закономерно возникают вопросы. 

В такой большой фильмографии — почти 50 авторских фильмов, которые Аллен срежиссировал и к которым написал сценарий, — сложно не заметить множество повторов кинематографистом самого себя. И если в случае с режиссером, который выпустил за свою кинокарьеру всего 10 или 15 фильмов, не идущих друг за другом с годичной периодичностью, мы бы назвали некоторые повторяющиеся элементы в фильмах стилем, то к Аллену скорее хочется применить слово «клише». 

Самый распространенный режиссерский канон — главный герой-интеллектуал, который, как правило, также является невротиком, нигилистом и атеистом еврейского происхождения, похожим на самого Вуди. Множество раз роль такого персонажа в фильмах режиссера исполнял сам Аллен, вспомнить хотя бы стендап-комика Элви Сингера из «Энни Холл» (1977), интеллигента Айзека Дэвиса из «Манхэттена» (1979), режиссера Вэла из «Голливудского финала» (2002) или адвоката Шелдона Миллса из «Нью-йоркских историй» (1989). В более поздних фильмах с этой ролью справлялись, например, Джесси Айзенберг в «Светской жизни» (2016) или Тимоти Шаламе в «Дождливом дне в Нью-Йорке» (2019). Главное оружие такого героя — цинизм и сарказм, с которыми он идет по жизни, полагаясь зачастую только на судьбу и удачу, и которыми пытается защититься в случае неизбежной любовной драмы. 

Любовный же интерес главного героя почти всегда представляет легкомысленная красивая девушка, готовая выслушать громогласные рассуждения интеллектуала-невротика. Здесь мы даже не будем пытаться привести примеры таких героинь, они есть почти в каждом фильме Аллена. Чаще всего персонажи встречаются в большом и шумном городе, в котором всегда кипит жизнь, — в Париже, Риме, Нью-Йорке или Лондоне. Локации же съемок также зачастую выносятся в название фильма: «Дождливый день в Нью-Йорке», «Римские приключения», «Полночь в Париже» или «Вики Кристина Барселона». 

Также любой, кто смотрел недавние фильмы Аллена, знает, что он любит опираться на костыль закадрового текста, зачастую морализируя. «Не разрушайте фильм, заставляя персонажей разговаривать с аудиторией, потому что это отдаляет вас от напряженной реальности», — говорил Аллен в интервью Эрику Ласку, автору биографической книги Start to Finish: Woody Allen and the Art of Movie Making. 

Однако зрителям, в основном не любящим морализаторства, закадровый текст, появляющийся в большинстве картин режиссера, может показаться скорее манипуляцией, чтобы скрыть небольшие прорехи в сюжете. Кинематографист ведет зрителя по ходу повествования, сглаживая моменты, где либо нет действия, либо мотивы героев нет так очевидны из сценария Аллена. 

Кадр из фильма «Дождли́вый день в Нью-Йорке»

Таким образом, подбираясь к предстоящей, возможно, завершающей, картине в фильмографии режиссера, возникает сразу же несколько вопросов. Во-первых, кто предоставит бюджет на съемки картины в Париже «почти отмененному» режиссеру и кто будет его дистрибутировать? Киностудии-мейджоры, как и стриминги, побоятся взять на себя ответственность за инвестиции в фильм кинематографиста с сомнительной репутацией, рискуя прослыть компаниями, поддерживающими его действия.

Во-вторых, кто будет сниматься в картине? Главные западные звезды также с приходом «новой этики» не хотели бы указывать в своем послужном списке роль в ленте Аллена. 

В-третьих, какой будет возможная аудитория новинки, которая, по словам режиссера, заведомо будет похожа на одну из его старых лент? Основная масса зрителей фильмов уже знакома с канонами кинематографиста и вряд ли захочет увидеть очередную их вариацию. Молодую же аудиторию, которой важны новшества в стиле повествования и возможность ассоциироваться с героями, маловероятно заинтересуют сюжеты в духе конца прошлого века. Ну и наконец, стоит ли ставить именно таким образом точку в карьере, которая и так уже, кажется, завершилась?

Читайте также:

Хочешь быть в курсе всех новостей NOW?
Обещаем не спамить!
Какой-то текст ошибки
Какой-то текст ошибки
Подписаться
Разработано в Deluxe Interactive